Жорж сен пьер

Жорж Сен-Пьер: «Это стало самым большим унижением в моей жизни»

Доминировавший на протяжении многих лет чемпион UFC Жорж Сен-Пьер рассказал о событии, которое стало самым ощутимым унижением в его карьере.

«Я только что стал чемпионом, одержав победу над Мэттом Хьюзом — величайшим на то время полусредневесом планеты, который казался просто неуязвимым. В общем, теперь я стал новым богом спорта, и все вокруг говорили, насколько я крут. К сожалению, я в это реально поверил».

«Следующим после завоевания пояса был поединок против Мэтта Серры. Он засветился благодаря реалити-шоу (TUF 4), был настоящим ветераном UFC, но по-настоящему ему никто не давал и шанса против меня. Короче, мне предстояло встретиться с парнем, которого по всеобщему мнению я должен был просто не заметить».

«Я начал тренироваться к бою, но совсем не с той степенью отдачи, как раньше. Я действительно начал верить в то, что для меня этот поединок будет легким. Так все и шло вплоть до того момента, когда в день ивента буквально за несколько минут до начала за мной пришли в раздевалку. Я до сих пор в точности помню этот момент. Кто-то из UFC зашел в раздевалку и по протоколу произнес: «Сен-Пьер, твой бой следующий. Ты готов?» И вот когда этот парень произнес «Ты готов?», у меня в голове пронесся страшный, но четкий ответ: «Бля… да я же вообще не готов».

«Конечно, мне следовало с самого начала отнестись к сопернику серьезнее, но поздно было что-то менять, и уже за несколько минут до боя я был просто разбит. Если посмотрите мой выход к октагону, то там прямо на лице большими буквами написано «Я к этому не готов!». И даже тогда вместо того, чтобы хоть как-то себя взбодрить и убедить в том, что проигрыш просто не вариант, я окончательно перегораю. Я выхожу на бой так, будто бы иду на похороны».

«Бой начинается, мы касаемся перчатками, и уже спустя пару секунд – хлобысь – в меня прилетает мощный правый. Серра отлично вложился. Я теряю равновесие, но главное – у меня пропадает выдержка. Я четко помню это ощущение. На меня смотрит весь зал, и на их глазах меня возит парень, которого я по идее должен был пройти, даже не вспотев. И в тот момент я совершил страшную ошибку – разозлился».

«Короче, я решаюсь на самый дебильный вариант, который только мог прийти в голову – во что бы то ни стало попасть по нему так же. Самое глупое решение, которое может принять боксер или любой другой представитель единоборств, когда по нему чисто и сильно попали, это сразу лезть в размен. Если тебя потрясли – отступи и восстановись. Но я очень гордый человек, и ущемленное самолюбие взяло верх. Эмоции в тот момент меня переполняли. В общем, я лезу в откровенную рубку, и дальше происходит то, что и должно было произойти. Из нас двоих изначально плыл именно я, а когда ты поплыл, то точность выбрасываемых тобой ударов в разы снижается, и в процессе размена по тебе попадают гораздо чаще и сильнее, чем ты по сопернику».

«Я принимал удары до тех пор, пока не свалился на спину, а Серра забрался сверху. Я лежу и осознаю, что меня избивают, но понятия не имею, откуда прилетают удары, где верх, где низ, в каком направлении нужно отползать… Короче, я беспомощно сигнализирую о сдаче».

«Это было откровенным унижением, самым большим унижением в моей жизни. На секунду, ставки были где-то 11 к 1, просто мрак. Наш бой стал одним из самых громких апсетов в истории UFC, и, честно говоря, я совсем не горжусь своим участием в этом историческом событии».

«Отдельно хочу выразить уважением и почтение Мэтту Серре. Если мне все вокруг говорили о легком бое, то он, наверное, весь тренировочный лагерь отовсюду слышал только одно – «ты выходишь на убой». Но он смог не обращать на это внимания и продолжал верить в себя. В итоге, он абсолютно справедливо одержал однокалиточную победу, одновременно преподав мне урок на всю жизнь».

Отрывок, характеризующий Браднелл-Брюс, Флоренс

Кто то сказал, что капитан Тушин стоит здесь у самой деревни, и что за ним уже послано.
– Да вот вы были, – сказал князь Багратион, обращаясь к князю Андрею.
– Как же, мы вместе немного не съехались, – сказал дежурный штаб офицер, приятно улыбаясь Болконскому.
– Я не имел удовольствия вас видеть, – холодно и отрывисто сказал князь Андрей.
Все молчали. На пороге показался Тушин, робко пробиравшийся из за спин генералов. Обходя генералов в тесной избе, сконфуженный, как и всегда, при виде начальства, Тушин не рассмотрел древка знамени и спотыкнулся на него. Несколько голосов засмеялось.
– Каким образом орудие оставлено? – спросил Багратион, нахмурившись не столько на капитана, сколько на смеявшихся, в числе которых громче всех слышался голос Жеркова.
Тушину теперь только, при виде грозного начальства, во всем ужасе представилась его вина и позор в том, что он, оставшись жив, потерял два орудия. Он так был взволнован, что до сей минуты не успел подумать об этом. Смех офицеров еще больше сбил его с толку. Он стоял перед Багратионом с дрожащею нижнею челюстью и едва проговорил:
– Не знаю… ваше сиятельство… людей не было, ваше сиятельство.
– Вы бы могли из прикрытия взять!
Что прикрытия не было, этого не сказал Тушин, хотя это была сущая правда. Он боялся подвести этим другого начальника и молча, остановившимися глазами, смотрел прямо в лицо Багратиону, как смотрит сбившийся ученик в глаза экзаменатору.
Молчание было довольно продолжительно. Князь Багратион, видимо, не желая быть строгим, не находился, что сказать; остальные не смели вмешаться в разговор. Князь Андрей исподлобья смотрел на Тушина, и пальцы его рук нервически двигались.
– Ваше сиятельство, – прервал князь Андрей молчание своим резким голосом, – вы меня изволили послать к батарее капитана Тушина. Я был там и нашел две трети людей и лошадей перебитыми, два орудия исковерканными, и прикрытия никакого.
Князь Багратион и Тушин одинаково упорно смотрели теперь на сдержанно и взволнованно говорившего Болконского.
– И ежели, ваше сиятельство, позволите мне высказать свое мнение, – продолжал он, – то успехом дня мы обязаны более всего действию этой батареи и геройской стойкости капитана Тушина с его ротой, – сказал князь Андрей и, не ожидая ответа, тотчас же встал и отошел от стола.

Бывшая девушка принца Гарри ждет ребенка

Модель Флоренс Бруденелл-Брюс нередко называют «несостоявшейся принцессой», ведь она была первой девушкой принца Гарри после его длительных отношений с Челси Дэви. Но в жизни актрисы и модели, кажется, и без монаршего статуса все прекрасно. Она замужем за мультимиллионером Генри Сент-Джорджем и, как оказалось, ждет от него первенца.

Флоренс Бруденелл-Брюс и Генри Сент-Джордж на свадьбе

О беременности Флоренс стало известно общественности после ее появления на одном из светских мероприятий. Компанию Бруденелл-Брюс составила подруга и коллега Поппи Делевинь. Она трогала округлившийся животик Флоренс, которая находится уже на пятом месяце беременности.

Флоренс Бруденелл-Брюс и Поппи Делевинь

Отметим, что принц Гарри и Флоренс встречались летом 2011 года. В августе в прессе появилась информация о том, что пара рассталась якобы из-за неготовности Гарри к серьезному роману. В июне 2013 года Флоренс вышла замуж за мультимиллионера Генри Сент-Джорджа в романтичной обстановке на юге Франции. Принц Гарри в настоящее время встречается с Крессидой Бонас.

Принц Гарри и Крессида Бонас

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *