Ту асе турпа икави

ДАЙДЖЕСТ ПРЕССЫ:

Образование теократического государства на территории Чечни, способствовало появлению ряда политических фигур, которые оказали неоценимую помощь имаму Шамилю в становлении государства – Талхиг Серженьюртовский, Шуаиб- мулла Центороевский, Ахмад Автуринский, Байсангур Беноевский, Юсуф –хаджи Сафаров, и мн.др.

Среди них стоит особо выделить Юсуф — хаджи Сафарова. Он был единственным профессионально подготовленным в военной области в окружении имама Шамиля. Уроженец селения Алды (родины шейха Мансура) был в звании полковника египетской армии. В пятилетнем возрасте он был вывезен отцом из Чечни в Мекку, для совершения хаджа. Однако, отец умер на Востоке, и ребенок остался жить на попечении знатных людей Мекки. В Египте он получил всестороннее образование, в том числе кроме военного был специалистом в инженерной области и принимал участие в основании некоторых городов Египта. Занимался проектированием и строительством ирригационных сооружений. Помимо чеченского, арабского и турецкого, владел 10 языками кавказских народов.

В начале 1840 года он возвращается из Египта, для того, чтобы забрать к себе свою мать, но, встретившись с Шамилем, он решил остаться в рядах его армии и приложить свои знания на пользу горского сопротивления.

Юсуф-хаджи Сафаров был автором реформ Шамиля, именно он является и автором Низама Шамиля (Устава). Под его непосредственным началом шло организованное оформление народного ополчения. При Шамиле он имел звание мудира, что приравнивалось к русскому званию генерала.

Рост и влияние, которое начал оказывать Юсуф — хаджи Сафаров, стало причиной недовольства со стороны лиц, особо приближенных к имаму. По их навету его в 1853 году обвиняют в предательстве и шпионаже в пользу русских. Шамиль, испытавший на себе предательство своего лучшего наиба Хаджи — Мурата (описанного великим русским писателем Л. Н. Толстым в одноименной повести), не долго думая, ссылает Юсуф- хаджи в 1853 году в с. Тинди, расположенного высокогорной части Дагестана, и используемого имамом в качестве место для ссылки своих политических оппонентов (Это село в каменистой местности считалось своего рода аналогом Сибири.).

Ссылка длилась в течении долгих трех лет — до 1856 года, пока подорванное здоровье не заставило его обратить свой взор в сторону русских. Его удачный побег, вызвавший всплеск восторженной эмоций среди русских и негодование самого Шамиля, закончилось быстро, ровно три месяца спустя после побега, так и не успев поехать в Петербург, куда был приглашен, скончался от болезни. Столь быстрая кончина Юсуф — хаджи Сафарова у русских была преподнесена Шамилем как кара Всевышнего за его предательство. Благодаря сведениям, которые предоставил не задолго до своей смерти Юсуф- хаджи Сафаров можно судить о точном количестве воинов выставляемых чеченцами пешими и конными по обществам в 50-х годах XIX века. Именно Юсуп- хаджи Сафарав изменил мнение русских о многочисленности войска Шамиля.

Так по его выкладке получается, что чеченские общества могли выставить следующее количество людей: Гехи- наиб Саибдулла – 100 всадников и 230 пеших: Шали- наиб Дауд- хаджи- 200 всадников и 350 пеших: Мичик- наиб Эски- 220 всадников и 360 пеших: Аух- наиб Хату-200 всадников и 330 пеших: Ичкерия- наиб Эдиль- 100 всадников и 200 пеших: Чеберлой- наиб Хада- 200 всадников и 250 пеших: Нашха- наиб Хамзат- хаджи- 250 всадников и 400 пеших: Шаро- наиб Аслан- кадий- 150 всадников и 230 пеших. Таким образом, чеченские общества всего могли выставить только 3680 человек, из которых 1420 всадников и 2260 пеших мюридов. И так как он сам был организатором данной системы, то кому как не ему знать истинную картину в этой области, что было подтверждено уже после завоевания Чечни в 1859 году.68 И приведем цифры князя Барятинского, под его командованием находилось после Крымской войны (1853-1856 гг.) 294 518 человек!69 Несомненно имея столь численное превосходство над силами горцев А.И. Барятинский ставил лишь один вопрос- в какие сроки он уложиться в покорении кавказского края.

Линевич И.П.

Карта горских народов, подвластных Шамилю (с приложениями).

ССКГ, Тифлис, 1872, вып. 6, отд. 1, раздел 2, с. 1-4.

Карта горскихъ народовъ, подвластныхъ Шамилю.

Карта подъ этимъ заглавiемъ, составленная бывшимъ при Шамилъ замъчательнымъ дъятелемъ, вышедшимъ въ 1856 году изъ горъ, Юсуфъ-Гаджи-Эфенди Сафаровымъ, служитъ интереснымъ и едва-ли не единственнымъ образцомъ географическихъ и топографическихъ познанiй въ управленiи Имама.

Для разъясненiя арабскаго текста карты прилагается и копiя съ нея съ русскимъ текстомъ.

Упоминая по поводу изданiя этой географической карты и имя ея составителя, считаю необходимымъ сказать нъсколько словъ въ разъясненiе самой личности Юсуфа-Гаджи-Эфенди Сафарова, о жизни котораго, до прибытiя его къ Шамилю, о разнообразныхъ его способностяхъ и значенiи въ горахъ было уже сказано въ предисловiи къ статьъ «Низамъ у Шамиля» (3-й выпускъ Сборника свъдънiй о кавказскихъ горцахъ, 1870 года)*).

Предки Юсуфа-Гаджи-Сафарова происходили изъ деревни Алды (въ Чечнъ); пятилътнимъ мальчикомъ онъ отправился съ отцемъ въ Мекку, гдъ тотъ и умеръ. Оставшись въ Турцiи, Сафаровъ черезъ нъсколько лътъ поступилъ въ турецкiй корпусъ, находившiйся въ Египтъ подъ начальствомъ паши Магомедъ-Али, гдъ служилъ до чина полковника (меиръ-алай). Здъсь онъ «изучилъ ариеметику, инженерное искусство, устройство кръпостей и траншей: положилъ основанiя многимъ городамъ и проводилъ воду къ нимъ. Зналъ основательно арабскiй и турецкiй языки; издалъ правила для войскъ, какъ конныхъ, такъ и пъшихъ; научился, какъ дълать подкопы для взрыва кръпостей и какъ поджигать порохъ; сверхъ того зналъ десять кавказско-горскихъ языковъ». Такiя разнообразныя познанiя давали ему право считаться ученымъ, какимъ онъ и слылъ между магометанами.

Въ 1840 году онъ отправился изъ Египта на родину, въ Чечню, въ деревню Алды, чтобы взять мать свою и имущество, но «попалъ въ войска Шамиля», пишетъ Сафаровъ, «былъ у него первымъ между наибами, устраивалъ и расширялъ его владънiя, сдълался извъстенъ всъмъ народамъ горскимъ и Шамиль ни своимъ старшинствомъ, ни насилiемъ безъ посредничества и знанiя мною военнаго дъла не достигалъ-бы того, что дълалъ со мною». Но его превосходство передъ Шамилемъ въ наукахъ заставило послъдняго сдълаться врагомъ Сафарова; Шамиль, изъ зависти и корысти, желая унизить Сафарова передъ народомъ и овладъть его имуществомъ, обвинилъ его въ измънъ, въ доставленiи князю Барятинскому секретныхъ свъдънiй о положенiи дълъ въ горахъ, и отправилъ Сафарова въ ссылку въ селенiе Тинди, называемое Сибирью, гдъ онъ и находился въ темницъ три года; находясь въ ссылкъ столь долгое время и не надъясь на милость Шамиля въ будущемъ, Сафаровъ ръшился въ 1856 году бъжать изъ заточенiя подъ покровительство русскаго начальства и изъ безопаснаго убъжища отмстить своему врагу. «Знаю многое о Шамилъ и его войскахъ», писалъ Сафаровъ князю Барятинскому, «надъюсь быть полезнымъ русскому правительству и ручаюсь уничтожить все сдъланное мною у Шамиля, потому-что хозяинъ дома лучше знаетъ, что въ немъ дълается», — но скоро постигшая смерть прекратила его замыслы.

Относясь, затъмъ, къ Сафарову, какъ къ бывшему представителю географическихъ и топографическихъ познанiй у Шамиля, по прилагаемому его труду можно видъть, что онъ не обладалъ большими спецiальными познанiями по этой части; изображенная имъ мъстность вычерчена на глазъ и съ обратнымъ расположенiемъ странъ свъта; масштабъ не выдержанъ: въ иныхъ мъстахъ версть 30 въ дюймъ, въ другихъ около 15-ти. Болъе подробно и въ большемъ масштабъ изображена его родина, Чечня; здъсь Сафаровъ особо обозначилъ даже дорогу изъ Грозной въ Чахкери (укр. Воздвиженское) между 2-хъ горъ (Ханкальское ущелье), представленныхъ имъ въ видъ звъздъ. Для приданiя рельефности своей картъ, Сафаровъ иллюминовалъ ее и, какъ видно, употребилъ при черченiи всъ, имъвшiяся у него въ горахъ, краски.

Къ составленной картъ Сафаровъ придалъ объясненiе: 1) что изъ укръпленiй, находящихся въ обществахъ горскихъ непокорныхъ народовъ, построены имъ самимъ слъдующiя укръпленiя: Риси, Ири, Чохъ, Гуны, Уллу, Чалда, Хараканъ и укръпленный домъ Шамиля въ Ведено, и 2) что народъ, подвъдомственный, Имаму, по его востребованiю, можетъ выставить войско въ слъдующемъ составъ:

Содержанiе.

I. Изследованiя и матерiалы:

1) Абхазцы (Азега), — по поводу сочиненiя г. Дубровина: «Очеркъ Кавказа и народовъ его населяющихъ», — ***.

2) Карта горскихъ народовъ, подвластныхъ Шамилю (съ приложенiями), И. П. Линевича.

3) Чеченское племя (съ примъчанiями), Умалата Лаудаева.

4) Адаты жителей Кумыкской плоскости.

II. Народныя сказанiя кавказскихъ горцевъ:

1) Кабардинская старина (I. Коварная жена. – II. Дохшуко Бруншоковъ. – III. Отцовское завъщанiе. IV. Жанболатъ. – V. Айдемирканъ. – VI. Князь Амфоко Тосултановъ. – VII. Созырыхо, сынъ Коала. – VIII. Гоаша-Махо. – IX. Абадзехъ-кровомститель. – Х. Два друга).

2) Кабардинскiя сказки.

III. Горская лътопись:

1) Экономическое положенiе туземнаго населенiя Сухумскаго отдъла, А – а.

2) Научныя извъстiя: I. По поводу изслъдованiй П. К. Услара о Кюринскомъ языкъ, Н. В. – II. Нъсколько словъ о новомъ лингвистическомъ трудъ академика Шифнера, Л. П. Загурскаго.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *