Насим хамед список боев

Унизить принца. Как Насим Хамед потерпел сокрушительное поражение

12 февраля 1974 года в Британии в семье йеменских эмигрантовродился Насим Хамед. Он стал одним из ярчайших боксеров 90-х годов и завершилкарьеру, не сумев пережить единственное поражение.

Хамед начал заниматься боксом с шести лет. В 12 лет заявилредактору Boxing News, что собирается стать чемпионом мира и его история простообязана быть написана. На момент окончания карьеры в его послужном спискечислилось 49 боев – как у Флойда Мэйвезера, как у Рокки Марчиано. Сединственной разницей. Один бой Хамед все же проиграл.

Его обидчиком оказался мексиканец Марко Антонио Баррера. «Убийцас лицом ребенка» к тому моменту уже потерпел три поражения. Годом ранее Баррера вбою года проиграл своему принципиальному сопернику и соотечественнику Эрику Моралесу.

Ставки принимались с расчетом 3 к 1 в пользу британца. Причеммногие полагали, что Баррера едва ли продержится первую половину боя. Мексиканецдумал иначе и использовал нетипичную для себя тактику, которая принесла ему успех.

Но, неверное, не в одном Баррере дело. Хамед был звездойсреди бойцов среднего уровня, он долгое время ходил чемпионом и «включал» Деонтея Уайлдера. Так Хуан Мануэль Маркес почти три года былу него обязательным претендентом, но их бой так и не состоялся.

Хамед встречался с крепкими боксерами, нодалеко не выдающегося уровня. Это с ними Хамед мог бравировать собственной неуязвимостью,финтить, уповать на «интуитивный стиль» и делать прочие вещи, которыесмотрелись впечатляюще, но были бесполезны против умного, хладнокровного итактически грамотного бойца.

Именно таким был Баррера, который неожиданно для всех отказался от типичногомексиканского стиля ведения бокса и стал с адским терпением выживать моментыдля контратак. Он их дожидался и использовал с пользой.

Хамед не хотел и просто не умел перестраиваться. Егособственное себялюбие едва ли чем отличалось от уайльдовского Дориана Грея.Стоит только посмотреть, с какими зажигательными танцами выходил на рингбританец. Перед поединком с УэйномМаккалохом он изображал Майкла Джексона из клипа «Триллер». Встреча с Кевином Келли началась после10-минутного танца британца.Кроме того, он изображал Али Бабу, вылетал на ковре-самолете, выезжал налимузине, а также его выносили в зал на постели.

На ринге этот эпатаж никуда не пропадал. Как можно большепонтов. Оппозиция же позволит. И она позволяла до встречи с Баррерой. На мексиканцакривляния Хамеда не произвели ровным счетом никакого впечатления. Баррера дисциплинированно выполнял установку и ловил Хамеда на его наскоках. Главное оружиебританца – удар левой оказалось нейтрализованным.

Хамед – боксер большого таланта. Но таланта мало. Нужна большаяволя и сильный характер. Этих качеств Хамед бы лишен. Разочарованный своей неспособностью попасть в Барреру, во втором раунде Хамед устроил небольшую стычку, в результате которой оба боксера завалились на пол. Скоро стало ясно, что Хамед ничего не может противопоставить непробиваемой защите Барреры, его безупречным передвижениям и тяжелым встречным ударам. Дело шло к поражению Хамеда, а он ничего не менял. Не мог. Не знал как.Проигрывал и красовался, надеясь на ошибку соперника.

Один раз у Барреры сдали нервы. В 12-м раунде он заломилруку Хамеду за спину и уложил британца на угловую стойку, как полицейскийпреступника на капот машины. За это с мексиканца сняли очко.

Бой был закончен. Все судьи отдали победу Баррере – 116-111,и дважды 115-112. Этот счет был еще очень гуманным для Хамеда. Баррера его просто деклассировал и унизил.

После боя многие считали, что у принца был просто «плохойдень», и что реванш не за горами. Они глубоко ошибались. Отрывок из ДжеймиХупера Boxing Monthly раскрывает, почему.

«В MGM Гранд отеле в Лас-Вегасе была уже почти полночь,когда я поднимался в лифте на 11 этаж с изможденным Эмануэлем Стюардом, тренеромНасима Хамеда.

Стюард бессильно мотал головой: «Все, чего я боялся, чтоможет случиться — случилось».

Будет ли Насим лучше в реванше, спросил я. «Для этогопридется все менять, — сказал Стюард. – Он уже не может делать то, что делать раньшеи я на самом деле не хочу обсуждать это сейчас».

Что на самом деле имел в виде Стюард — это то, что Хамедупридется научиться боксировать. То есть драться в профессиональной,дисциплинированной, рассчитанной манере.

Хамед менять себя не стал и проведя еще один бой, ушел избокса. И долгое время причиной своего ухода называл хроническую травму рук.Хотя спустя несколько лет все же заявил: «Думаю, я ушел слишком рано, но в товремя я себя так чувствовал, что не мог остаться. Когда я смотрю в прошлое, тодумаю, что если бы я просто отдохнул год и вернулся, то это было бы не так иплохо, но этого не произошло».

Ради чего мог вернуться Хамед? На ринге помимо Баррерысияли Моралес, Маркес и Мэнни Пакьяо. Вызов любому из них был бы для Хамеда самоубийством,а «обычный» боксер ничего бы не изменил. Хамед признает, что действительнопроиграл Баррере, но причины видит несколько иные.

«Единственная причина моего поражения – то, что я согласилсяна бой незадолго до самой даты, – говорит Хамед. – Мне предстояло сбросить 16кило за 8 недель. На бумаге это было невозможно. Но я сделал это и вышел наринг. Кроме того, я получил большой гонорар. Надо понимать, что деньги – этоединственная причина, из-за которой мы деремся. Они нас мотивируют. Многие бойцывозвращались в бокс ради денег. Слава Богу, что я обеспечен и мне не нужноэтого делать.

У меня нет каких-либо сожалений. Я скучаю по боксу, носчастлив и доволен. Доволен тем, чего достиг за карьеру. Есть множеств боксеровлучше меня, которых нокаутировали, которые задержались в спорте надолго иполучили психологические травмы. Со мной этого не случилось, меня никогда ненокаутировали, я не знаю, каково это и спасибо Богу за это».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *